Комплекс Санто-Стефано

Первого августа тысяча сто сорок первого года сгорел болонский собор Сан-Пьетро. Епископ Энрико, которому требовалось продолжать службы без кафедрального храма, вероятно, временно перенёс свою кафедру в Санто-Стефано. Через два месяца он вместе с местными бенедиктинцами начал вскрывать старые хранилища реликвий.

Монахи не наткнулись на неизвестную могилу случайно. Они знали, что где-то в комплексе похоронен Петроний, болонский епископ пятого века, но точное место его погребения затерялось. Четвёртого октября в центральной церкви Святого Гроба Энрико и монахи открыли мраморный саркофаг рядом с каменной копией иерусалимской гробницы Христа. В нём находились останки, признанные телом Петрония, и несколько ларцов с другими реликвиями.

До этого о Петронии помнили мало. Два автора пятого века подтверждали, что такой болонский епископ существовал, однако главным покровителем города считался святой Пётр. Энрико придал находке городской размах: установил ежегодный праздник с процессией и обещал паломникам двухлетнюю индульгенцию — освобождение от соответствующего срока церковного покаяния. Консулы Болонской коммуны гарантировали приезжим защиту в течение восьми дней до праздника и восьми дней после него, а торговцев на это время освободили от пошлин. Монастырская гробница получила паломников, рынок — покупателей, а молодой город — собственного святого.

Около тысяча сто восьмидесятого года один из монахов Санто-Стефано написал житие Петрония. Именно там появилась история о том, как епископ задумал перенести в Болонью священную географию Иерусалима. Это предание, созданное через семь столетий после жизни Петрония, а не свидетельство его современника. Но к тому времени бенедиктинцы уже действительно устроили здесь уменьшенный Иерусалим: церковь Святого Гроба с каменной гробницей, двор Пилата, места, связанные с крестом, погребением и воскресением Христа. Паломник проходил их последовательно, не покидая Болоньи.

Санто-Стефано носит имя святого Стефана, первого христианского мученика. Название «Семь церквей» закрепилось потому, что проходы соединяют несколько храмов, дворов и монастырских помещений разных веков. Границы между ними местами почти исчезают: одна дверь выводит из церкви в следующую часть священного маршрута. Тело местного епископа оказалось внутри копии главной христианской гробницы, и монахи сделали Петрония основателем всей этой болонской версии Иерусалима.

В тысяча двести пятьдесят третьем году коммуна признала Петрония главным покровителем Болоньи. В тысяча триста восемьдесят восьмом году городской совет решил построить ему огромную базилику на Пьяцца Маджоре; работы начались два года спустя. Так храм, уже пройденный на этом маршруте, появился как дальнее следствие раскопок Энрико в Санто-Стефано.

Монахи ещё много веков удерживали у себя останки. В тысяча семьсот сорок третьем году в новую базилику перенесли голову Петрония, а основная часть тела оставалась здесь до третьего октября двухтысячного года. Теперь в центральной каменной гробнице Петрония нет: его останки соединены в базилике на Пьяцца Маджоре, а в музее Санто-Стефано хранится лишь отдельная частица реликвии.