Пешеходная тропа Монсеррате

По крутому склону Монсеррате проходит пешая дорога, ведущая из Боготы к святилищу на вершине. Вдоль неё стоят скульптурные станции Крестного пути, поставленные позднее тех маленьких часовен, которые когда-то были высечены прямо в скале. Этим путём и сейчас идут не только ради прогулки: по местному обету сюда поднимаются семь воскресений подряд, прося о здоровье, работе или помощи в личном деле.

Каменное покрытие этой тропы уложили лишь в тысяча девятьсот восьмидесятом году. Исторический подъём был каменистым и начинался ещё в городе, у церкви Лас-Ньевес. В середине семнадцатого века дорогу приспособили для паломников, а в скале вырубили четыре маленькие часовни, где можно было укрыться и помолиться по пути к вершине.

Этот маршрут придумал священник и писатель Педро Солис-и-Валенсуэла. Его старший брат Фернандо уехал в испанский монастырь Эль-Паулар и стал картезианцем — монахом, избравшим молчание и уединение. Педро хотел основать такую же общину возле Санта-Фе, как тогда называлась Богота. Он распоряжался семейным состоянием и мог оплачивать свой замысел: часовню, жильё для отшельников и образ Девы Монсеррат. От этого каталонского посвящения гора Лас-Ньевес и получила нынешнее имя — Монсеррате.

Между тысяча шестьсот пятидесятым и тысяча шестьсот пятьдесят седьмым годами Педро с товарищами расширял часовню на вершине и прокладывал путь к ней. Затем к ним присоединился Бернардино де Рохас — богатый священник, желавший удалиться от городской жизни. Он собирал пожертвования и затеял монастырский двор с двенадцатью кельями. В судебных бумагах сохранилась важная для этой тропы подробность: братья общины и другие жители несли строительные материалы на собственных спинах. Всё, что появлялось наверху, сначала проходило по этому подъёму.

Вскоре Бернардино решил передать постройки иезуитам, чтобы они открыли здесь послушнический дом. По сохранившимся документам, остальные основатели об этом не знали. Учредить новый монастырь в испанских владениях можно было лишь с королевским разрешением, которого иезуиты не получили. Когда в тысяча шестьсот пятьдесят седьмом году они попытались вступить во владение имуществом, Педро подал в суд и в том же году вернул часовню и постройки.

Победа не исполнила его первоначального желания: разрешения на картезианскую общину Педро тоже не добился. Бернардино ушёл с горы и позднее участвовал в создании иезуитского послушнического дома уже в городе. Педро передал часовню августинцам-реколлектам, но и они поселились без необходимой лицензии. В тысяча шестьсот семьдесят девятом году пристроенный монастырский дом снесли.

Нынешние скульптурные станции Крестного пути появились позднее и не являются теми четырьмя часовнями, вырубленными в скале. Однако подъём по-прежнему совершают как обет. Одна из местных традиций называется «семь воскресений Господу Монсеррате»: человек просит о здоровье, работе или помощи в личном деле и семь воскресений подряд проходит тропу пешком. Пришедшему сюда с обетом в первое воскресенье предстоит ещё шесть раз подняться той же дорогой.