Проспект Каррера 13 и здание Ю-джи-ай

Узкий участок между проспектом и рекой когда-то занимали частный дом и бензоколонка, а затем место отдали под доходное офисное здание. Над торговым первым этажом по фасаду тянутся стальные тяги, сходящиеся к фермам на крыше; благодаря им офисные этажи почти не рассечены внутренними колоннами. Внутри с самого начала размещались банки и финансовые учреждения, а название на башне пережило саму компанию, которая его получила.

На углу авениды Каррера Тринадцать и сороковой улицы стоит двадцатидвухэтажная башня «У-Г-И». Первый этаж занимают торговые помещения, выше расположены офисы, под землёй — два уровня парковки. Лифты, лестницы и санузлы собраны в центральном железобетонном стволе. Вокруг него получились свободные этажи почти без внутренних колонн.

В тысяча девятьсот семьдесят первом году здесь ещё стоял семейный дом промышленника Аурелио Рамоса Энао, владельца картонного производства. Он унаследовал дом от родителей и не хотел сносить стены, с которыми были связаны семейные воспоминания. Архитектор и застройщик Эрнандо Варгас Рубиано предложил заменить дом доходной офисной башней. Его фирма зарабатывала проектированием и строительством, а участки обычно вносили партнёры. Рамос согласился, когда Варгас пообещал назвать будущее здание в честь его семьи.

К дому присоединили соседний участок с закрытой бензоколонкой «Эссо», однако площадка между Каррерой Тринадцать и рекой Арсобиспо всё равно оставалась узкой и вытянутой. Обычные опоры заняли бы парковочные места и рассекли офисы. Тогда в контору Варгаса зашла продавщица книг. В купленном у неё альбоме о высотном строительстве архитектор и его сын, молодой инженер Эрнандо Варгас Кайседо, нашли гамбургский дом с этажами, подвешенными к конструкции на крыше.

Варгас Кайседо работал в отцовской фирме и должен был выяснить, можно ли повторить эту схему в Боготе. В тысяча девятьсот семьдесят втором году он добрался до Гамбурга, разыскал инженера Фрица Рафайнера, описавшего немецкий проект, и показал ему чертежи будущей башни. Рафайнер счёл замысел осуществимым. Два колумбийских расчётчика, к которым Варгасы обратились после возвращения, отказались: заставлять нагрузку сначала идти вверх, а затем спускаться к фундаменту казалось им дорогим и нелогичным.

Расчёт взял на себя инженер-конструктор Гильермо Гонсалес Сулета. На кону стояла профессиональная репутация всей команды. В апреле тысяча девятьсот семьдесят четвёртого года Гонсалес, Варгас Рубиано и руководитель строительной фирмы письменно приняли ответственность за сооружение перед городским ведомством.

Рабочие сначала подняли центральный железобетонный ствол. Скользящую опалубку двигали вверх тридцать четыре гидравлических домкрата с ручным управлением; на весь ствол ушёл месяц. На вершине смонтировали стальные фермы и спустили от них по фасаду тяги. Затем на подвесной платформе отливали верхнюю плиту, соединяли её внутренний край с центральным стволом, внешний — с тягами и опускали платформу ещё на один уровень. Так этажи появлялись сверху вниз. Уже готовые перекрытия прикрывали людей от дождя, поэтому отделочные работы можно было начинать, пока внизу продолжали собирать конструкцию.

Деньги тоже приходилось собирать по частям. Общество застройщиков взяло две ипотеки на общую сумму двадцать миллионов тогдашних песо. Поставщики кирпича, камня и металлоконструкций получали вместо части оплаты площади в будущих офисах. Крупным покупателем стала компания «Унион Хенераль де Инверсьонес» — «Всеобщий союз инвестиций». Варгас предложил ей двадцатый этаж, торговое помещение и название всей башни. По воспоминаниям Варгаса Кайседо, Аурелио Рамос продал своё имя за миллион песо: в годы частых похищений он опасался, что фамилия на фасаде заставит преступников принять его за единственного владельца здания.

В тысяча девятьсот семьдесят пятом году в башню въехали первые банки и финансовые учреждения. Через четыре года застройщики погасили обе ипотеки. Компанию «У-Г-И» позднее ликвидировали, а купленное ею название осталось. Сохранилась и сама подвесная схема: внешний край каждой офисной плиты держат фасадные тяги, ведущие к стальным фермам наверху; оттуда нагрузка спускается по центральному бетонному стволу в фундамент.