Башня Небойша

Башню поставили примерно в тысяча четыреста шестидесятом году у речных ворот Нижнего города, рядом с портом. В её толстых стенах остались пушечные амбразуры: отсюда контролировали восточный подход по Дунаю. Когда портовый канал засыпали и гавань потеряла прежнюю роль, османский гарнизон превратил башню в тюрьму. За каменными стенами теперь висят копии Хартии и высечены имена узников.

Небойша — не имя владельца. Смысл старого прозвища — «бесстрашная». Так называли главную башню замка сербского правителя Стефана Лазаревича. После её разрушения осенью тысяча шестьсот девяностого года имя перенесли на эту башню у Дуная. До того путешественники знали её как Белую или Темишварскую.

Её построили около тысяча четыреста шестидесятого года у входа в порт Нижнего города. Пушки в амбразурах перекрывали подход с востока. Позднее порт утратил значение, канал засыпали, а османский гарнизон приспособил толстостенную башню под темницу. Так в конце восемнадцатого века сюда попал человек, который собирался изменить устройство Балкан при помощи типографской краски.

Ригас Велестинлис, известный сегодня как Ригас Фереос, был греческим издателем и организатором восстания против Османской империи. На жизнь он прежде зарабатывал секретарской службой при дворах правителей Валахии — княжества на территории нынешней Румынии. Он переводил книги, составлял карты и хорошо знал среду греческих купцов, через которую можно было перевозить рукописи, деньги и печатные листы между городами.

В Вене Ригас подготовил проект республики для народов Османской империи. В его конституции гражданские права не зависели от веры или происхождения. Вместе с ней он печатал призыв к восстанию, революционную песню «Туриос» и огромную двенадцатилистную Хартию. На вид это была учёная карта с древними городами, монетами и планами сражений. На допросах австрийская полиция уже называла её изготовление частью революционного замысла.

В конце тысяча семьсот девяносто седьмого года Ригас отправил в Триест ящики с печатными материалами. Он собирался перебраться через Адриатику на полуостров Мани, где надеялся начать восстание. Ящики перехватили, а самого Ригаса арестовали сразу после приезда. Несколько месяцев он провёл на допросах в Триесте и Вене.

Затем австрийская администрация отделила восьмерых арестованных, считавшихся османскими подданными: Ригаса и семерых его товарищей. Их заковали в цепи и после тринадцатидневного перехода доставили в Земун — тогда австрийский пограничный город напротив Белграда. На следующий день конвой переправил заключённых османскому наместнику. От границы их отделяла только река, а ближайшей надёжной темницей была бывшая портовая башня Небойша.

Около сорока дней пленников держали здесь и пытали. В ночь на двадцать четвёртое июня тысяча семьсот девяносто восьмого года Ригаса и семерых его товарищей задушили. Их тела бросили в Дунай. Никто из восьмерых не увидел восстания, к которому они готовились, и ни у кого из них не осталось могилы.

Полиции удалось уничтожить часть напечатанной Хартии, но весь тираж не исчез. Из тысячи двухсот двадцати экземпляров до нашего времени дошло несколько десятков. После реставрации башни внутри устроили постоянную экспозицию: на стенах поместили воспроизведения Хартии, а рядом высекли имена Ригаса и семерых погибших вместе с ним.

За башней проходит линия бывшего порта. Отсюда пушки когда-то удерживали вход со стороны Дуная; через эту же речную границу сюда привели восьмерых пленников, и в той же реке исчезли их тела.