Дамрак и Биржа Берлаге

В здании Биржи Берлаге купцы за несколько часов заключали сделки с товарами, ценными бумагами, валютой и корабельными грузами. Для разных видов торговли были свои залы; пилообразная крыша бывшего зернового зала и обращённые на север окна давали ровный свет, при котором сравнивали образцы зерна. Торговля отсюда ушла, и теперь в этих помещениях проходят концерты, выставки, конгрессы и приёмы.

Название Дамрак осталось от воды. Нидерландское слово «рак» означает прямой участок русла: здесь Амстел шёл от дамбы к заливу Эй. В Средние века это была гавань. Морские суда разгружались у Эй, небольшие корабли проходили ближе к дамбе, а купцы держали рядом склады, конторы и постоялые дворы. В девятнадцатом веке городской совет засыпал южную часть русла. Биржа стоит на бывшем речном дне; открытая вода сохранилась лишь севернее.

Купцы сами потребовали построить здесь новое здание. Предыдущая биржа находилась у площади Дам, примерно на месте нынешнего универмага. В ней было темно, тесно и сквозило. В тысяча восемьсот восемьдесят четвёртом году город устроил международный конкурс. Хендрик Петрюс Берлаге, архитектор, добивавшийся первого большого общественного заказа, получил лишь четвёртое место. Город не построил ни победивший проект, ни остальные.

Через двенадцать лет заказ всё-таки достался Берлаге. Для него это был профессиональный прорыв: до сих пор он проектировал главным образом частные дома и конторы, а теперь получил целый городской квартал на главной дороге между вокзалом и площадью Дам. Строительство началось в тысяча восемьсот девяносто восьмом году.

Купцам требовалось место, где можно было за несколько часов заключить сделки с товарами, ценными бумагами, валютой и корабельными грузами. От таких встреч зависел их заработок. Берлаге устроил отдельные залы для разных видов торговли. В зерновом зале покупатели растирали образцы в пальцах и оценивали их при ровном северном свете; окна в пилообразной крыше были развёрнуты специально ради этой проверки.

Но сам Берлаге был социалистом и считал биржевую торговлю временным занятием. Он рассчитывал, что в будущем здание станет народным дворцом — общим домом для собраний, искусства и образования. Эту будущую судьбу архитектор заложил в отделку ещё до того, как купцы вошли внутрь.

Художнику Яну Торопу, которому поручили показать историю торговли, Берлаге заказал три больших керамических панно: «Прошлое», «Настоящее» и «Будущее». В них торговля выглядела этапом человеческой истории, за которым должно было последовать общество без прежнего разделения на классы. Получалось, что люди приходили зарабатывать на бирже, а стены сообщали им об исчезновении мира, на котором держался их доход.

После открытия здания в тысяча девятьсот третьем году купцы отнеслись к замыслу Берлаге с подозрением. Через три года они попытались убрать панно Торопа из вестибюля. Попытка не удалась: все три изображения остались на месте.

Торговля уходила из здания по частям. Рынок ценных бумаг быстро перерос отведённый ему зал и в тысяча девятьсот тринадцатом году переехал в отдельную биржу. Последней, в тысяча девятьсот девяносто восьмом году, отсюда ушла площадка сельскохозяйственных фьючерсов. Теперь внутри проходят конгрессы, концерты, выставки и приёмы, а бывшая Купеческая биржа носит имя архитектора — Биржа Берлаге. Панно, которые купцы хотели снять, по-прежнему находятся в бывшем вестибюле.