Порт Малинди и паромный терминал

Малинди держит на одном берегу несколько разных работ: за ограждением остаётся коммерческая часть, а севернее к воде подходят доу и рыбацкие лодки. У судов здесь были свой причал, волнолом и склады; к ним подвели пресную воду и нефтяную трубу, чтобы экипажи пополняли запасы у берега. Сооружения гавани собирали островные и материковые рабочие, нанятые на полугодовые контракты с жильём, едой и дорогой домой.

За воротами пассажирского терминала стоят паромы на Дар-эс-Салам и Пембу. Рядом обслуживают грузовые суда, доу и рыбацкие лодки. Порт получил название от квартала Малинди, на северной окраине Каменного города. Но бетонные причалы появились здесь лишь в двадцатых годах прошлого века. До этого большие пароходы оставались на рейде, а людей, багаж и товары между бортом и берегом перевозили на лихтерах — небольших грузовых судах.

Ради новой гавани администрация пожертвовала первой железной дорогой Занзибара. Она связывала город с посёлком Бубубу и возила пассажиров вдоль западного берега. В июле тысяча девятьсот двадцать второго года пассажирское движение прекратили, а локомотивы и вагоны приспособили для доставки камня на строительство Малинди.

На работы набрали в том числе двести мужчин из Танганьики, материковой территории напротив Занзибара. Они соглашались уехать на шестимесячный контракт ради денежного заработка. По условиям найма им полагались питание, жильё, медицинская помощь и возвращение домой после окончания срока. Эти люди укладывали сооружения гавани, пока занзибарцы спорили, нужна ли острову стройка такого размаха.

В тысяча девятьсот двадцать пятом году на Занзибар приехала Восточноафриканская комиссия, проверявшая хозяйственные проекты британских владений. Султан Халифа бин Харуб, формальный глава Занзибара при британском протекторате, добивался пересмотра портовой стройки. Вместе с ним выступили Торговая палата, Арабская ассоциация и Индийская национальная ассоциация — организации купцов, чьи доходы зависели от ввоза товаров и вывоза гвоздики.

Обычно эти группы отстаивали разные интересы. Здесь они сообщили комиссии одно и то же: работы начали без обсуждения с жителями, проект раздулся, а общественные деньги расходуют впустую. Купцам требовался удобный порт, но без дорог товары с плантаций всё равно трудно было доставлять к причалу. Комиссия согласилась с возражениями и рекомендовала сократить портовый проект, а освободившиеся средства направлять на дорожное строительство.

Стройку эта рекомендация не остановила. Малинди уже принимал лихтеры, затем рабочие возвели причал, волнолом и склады. К судам подвели пресную воду и нефтяную трубу: экипажи могли пополнять запасы и принимать топливо у берега. Тридцать первого августа тысяча девятьсот двадцать девятого года железнодорожные вагоны совершили последний рейс. В октябре готовые сооружения передали тому же султану Халифе бин Харубу, который четырьмя годами раньше требовал урезать проект. В ноябре гавань официально открыли.

Позднее причалы расширяли и перестраивали, а два старых портовых склада снесли. Малинди всё же сохранил придуманное тогда разделение: пассажиры проходят через свой терминал, коммерческие грузы — через ограждённую портовую территорию, доу и рыбацкие суда подходят севернее. В июле две тысячи двадцать шестого года грузовые паромы уже перевели в новый терминал Марухуби; пассажирская посадка на время перехода осталась в Малинди.

К нынешнему причалу по-прежнему идут люди с билетами и багажом. Камень для его предшественника привезла железная дорога Бубубу; сам порт остался, а её рельсов у Малинди больше нет.