Церковь Святого Олафа

Под шпилем сегодня молится община евангельских христиан-баптистов, а на высоте шестидесяти метров устроена смотровая площадка. Церковь названа в честь Олафа Харальдссона, норвежского короля, который погиб в тысяча тридцатом году, пытаясь вернуть престол, и вскоре был причислен к святым. Исследователи связывают раннюю церковь с торговым двором скандинавов, находившимся где-то здесь ещё до появления нынешнего здания. Это вероятная, но пока не доказанная версия. Достоверно известно, что культ святого Олафа распространился по берегам Балтики, а здешняя башня служила морякам ориентиром.

Высокий шпиль указывал путь и принимал на себя удары молний. Ночью на шестнадцатое июня тысяча восемьсот двадцатого года загорелась одна из его угловых башенок. Двадцать-тридцать молодых горожан были готовы подняться наверх и тушить её. Они рисковали оказаться на уже горящей башне, однако шанс остановить огонь ещё оставался: сначала пламя распространялось медленно.

Распоряжавшиеся тушением городские чиновники помнили другой пожар, случившийся здесь почти двумя веками раньше. Тогда огонь с башни перекинулся на соседние дома. На этот раз чиновники решили спасать жителей квартала и приказали эвакуировать всю ближайшую застройку. Молодых людей наверх не отправили.

Пока горожане покидали дома, пламя добралось до остальных башенок, затем охватило главный шпиль. Он рухнул на дом церковного служителя, после чего загорелось само здание. Пожар продолжался четыре часа. Внутри расплавились металлические предметы, от жара треснули надгробные плиты и пострадали даже каменные опоры. Остались стены и библиотека: книги находились под сводами помещения рядом с алтарной частью, куда огонь не проник.

Прихожане лишились церкви на двадцать лет. Восстановление поддержал император Александр Первый, после его смерти работы продолжили при Николае Первом. Строители начали поднимать церковь из руин только в тысяча восемьсот двадцать восьмом году. Через три года молния снова подожгла башню, но этот пожар удалось потушить, и шпиль достроили по прежнему замыслу.

Богослужение возобновили шестнадцатого июня тысяча восемьсот сорокового года — день в день через двадцать лет после пожара. Над средневековыми стенами сейчас поднимается созданный при том восстановлении шпиль высотой сто двадцать три метра и семьдесят сантиметров.