Площадь Доньи Эльвиры

Городские власти расчистили этот участок, занятый жилыми домами, и отвели его под открытую городскую площадь. Фонтан в центре, приподнятая клумба, апельсиновые деревья и кирпичные скамьи с изразцами составляют её нынешний садовый облик. Такое оформление появилось, когда Санта-Крус начали готовить к приёму приезжих.

Имя на табличках принадлежит Эльвире Лопес де Айяла, кастильской аристократке рубежа четырнадцатого и пятнадцатого веков. Она унаследовала от отца владения на территории бывшего еврейского квартала. Эльвира умерла задолго до появления площади, но её именем продолжали называть здешние дома, сад и конный двор. Затем название досталось театру.

Часть нынешней площади и соседнего участка занимал корраль де комедиас — театр, устроенный во дворе. Вокруг сцены шли галереи и ложи, зрители сидели на скамьях или арендованных стульях. В начале семнадцатого века этим заведением распоряжалась Исабель Лопес. Старые конструкции уже разрушались, а доход зависел от каждого сыгранного спектакля. Исабель решила выстроить двухъярусный крытый театр, но вкладывать собственные деньги не хотела.

Средства дал Хуан Кано, торговец вином. Он рассчитывал возвращать вложенное по два дуката с каждого представления и забирать плату за ложи. Сначала договорились о пятистах дукатах. Кано нанял мастеров, устроил новые галереи, места для зрителей, мощение и кровлю. Денег не хватило, и Исабель убедила его вложить ещё столько же.

Крыша защитила публику от солнца и дождя, однако вскоре старая стена обрушилась вместе с примыкавшими к ней галереей и частью кровли. Остановить работы для Кано означало потерять уже вложенное. Он снова оплатил стены, коридоры и крышу. К тысяча шестьсот пятому году долг перед ним достиг двадцати шести тысяч трёхсот семидесяти пяти реалов. В брачном договоре Кано отдельно записал две тысячи дукатов, которые ему ещё не вернули за работы в саду доньи Эльвиры. Пока долг оставался, торговец вином распоряжался доходами театральных лож.

Вложения не пропали сразу. Корраль доньи Эльвиры стал любимой сценой севильцев: только с весны тысяча шестьсот одиннадцатого до весны тысяча шестьсот четырнадцатого года здесь сыграли двести шестьдесят восемь пьес. Но в тысяча шестьсот тридцать первом году состарившиеся стены и конкуренция новых театров всё-таки заставили его закрыться. Позднее помещение использовали как склад, а к тысяча шестьсот семьдесят шестому году документы описывали участок уже пустым, без построек.

Нынешнюю площадь открыл в тысяча восемьсот двадцать шестом году городской правитель Хосе Мануэль де Архона: ради нового общественного пространства он распорядился снести стоявший здесь квартал домов. Имя доньи Эльвиры вернули площади в тысяча восемьсот сорок пятом году. Фонтан, приподнятый центральный участок, клумбы, апельсиновые деревья и кирпичные скамьи с изразцами появились в тысяча девятьсот двадцать четвёртом году, когда комиссар по туризму Бенигно де ла Вега-Инклан поручил муниципальному архитектору Хуану Талавере-и-Эредии подготовить этот угол Санта-Крус к приёму приезжих.

От театра Хуана Кано здесь не осталось ни стены. Его точное место приходится восстанавливать по нотариальным договорам, а на площади сохранилось только имя старого владения — доньи Эльвиры.