Святилище Непорочного Зачатия на Сан-Кристобале

Перед открытием святилища возчики поднимали на Сан-Кристобаль сорок два тяжёлых ящика. В них лежала разобранная чугунная статуя общей массой почти сорок семь тонн. К вершине тогда вела лишь узкая тропа; фуникулёра ещё не существовало. Два нанятых инженера проложили дорогу шириной около метра и перебросили через водостоки два бетонных моста. По этому пути воловьи упряжки повезли ящики наверх. Подъём считался трудным и опасным даже без такого груза.

Затеял всё генеральный викарий архиепархии Хосе Алехо Инфанте — священник, которому архиепископ поручал превращать церковные решения в выполнимые дела. В тысяча девятьсот третьем году архиепископ Сантьяго Мариано Казанова собирался отметить пятидесятилетие католического догмата о Непорочном зачатии. Название относится к зачатию самой Марии: католики верят, что она с первого мгновения своей жизни была свободна от первородного греха.

В Сантьяго почитали Богородицу во многих храмах, но большой площадки для многолюдного паломничества не было. Инфанте предложил поставить огромную фигуру на вершине Сан-Кристобаля. Католические мастерские в нескольких европейских странах не смогли предложить подходящую новую модель, и устроители выбрали копию римской статуи, созданной после провозглашения того же догмата. Поэтому фигура над Сантьяго повторяет Богородицу с площади Испании в Риме.

Теперь требовались земля и деньги. Мигель Прадо собрал группу женщин, которые взялись оплатить изготовление и установку статуи пожертвованиями. Доминиканцы и сёстры-кармелитки передали архиепархии вершину вместе с участком радиусом сто метров. В нотариальном акте назначение земли записали точно: место для памятника и пространство, где верующим будет удобно собираться.

Из Франции прислали четырнадцатиметровую фигуру. После подъёма ящиков рабочие собрали её на железобетонном пьедестале, внутри которого устроили маленькую часовню. Вместе с основанием памятник поднялся выше двадцати двух метров. В воскресенье, двадцать шестого апреля тысяча девятьсот восьмого года, к вершине потянулись тысячи людей; часть паломников так и осталась на склоне, не успев добраться до церемонии.

Инфанте участвовал в освящении вместе со священником Кловисом Монтеро. Архиепископ Казанова, поддержавший его замысел, к апрелю уже лежал тяжело больной и подняться сюда не смог. Через двадцать дней после открытия он умер.

Святилище до сих пор принимает паломников, а в дни большого наплыва мессу служат на открытой эспланаде — внутри того самого круга радиусом сто метров, который доминиканцы и кармелитки отвели для верующих ещё до подъёма первого ящика.