Выборгский замок

Нижний двор Выборгского замка когда-то служил его хозяйственной и военной частью: в длинных корпусах держали запасы оружия, пороха и снарядов. Одной высокой башни для защиты уже не хватало: на городских укреплениях стояли пушки, а подступы к острову перекрывали ряды свай в воде. Склады вокруг двора не раз чинили и перестраивали, поэтому их прежний облик не сохранился. Над ними всё ещё видна грубая гранитная кладка нижнего яруса башни — старый фундамент, переживший поздние переделки замка.

Квадратное гранитное основание башни Святого Олафа почти целиком относится к тысяча двести девяносто третьему году. Шведы возвели здесь донжон — главную укреплённую башню замка, способную служить последним рубежом обороны. Имя ей дали в честь Олафа Второго Харальдссона, норвежского короля, утвердившего христианство в своей стране и после гибели причисленного к святым. Для участников шведского крестового похода король-святой был понятным покровителем крепости, построенной на завоёванной восточной границе.

Через четыре столетия защита Выборга уже не сводилась к одной башне. Артиллерия стояла на городских бастионах, вокруг острова были забиты ряды свай, а в нижнем дворе замка хранили порох, оружие и гранаты. Здесь же в феврале тысяча семьсот десятого года принял командование шведский полковник Магнус Шернстроле. Он приехал всего за несколько недель до появления русского осадного корпуса.

Шернстроле с юности служил в гарнизонах и уже однажды сдавал крепость. В тысяча семьсот четвёртом году он командовал Ивангородом, оставшимся без продовольствия и помощи. Тогда полковник договорился о капитуляции, и его солдат отпустили. Он знал, чем рискует комендант, который слишком долго ждёт: после пролома в стене победитель может отказаться от переговоров, а при штурме вместе с военными гибнут жители.

Выборг должен был задержать войска русского царя Петра Первого, стремившегося отодвинуть шведскую крепость от недавно основанного Петербурга. Но полевая шведская армия ушла отсюда ещё до начала осады. Русский корпус Фёдора Апраксина перешёл по льду Финского залива и окружил город. Тяжёлых осадных орудий у Апраксина сначала не было, поэтому гарнизон получил время на оборону, но помощи извне так и не дождался.

Шернстроле распорядился перенести оружие и боеприпасы из замкового цейхгауза — военного склада — в город. На следующий день русская бомба попала в складской корпус. Оставшийся порох загорелся, начали взрываться гранаты и снаряжённые бомбы. Пострадали здания нижнего двора и северная оборонительная стена. Перенос части запасов ограничил разрушения, однако избавить крепость от дальнейшей бомбардировки не мог.

Когда по воде подошёл русский флот с пушками и продовольствием, положение изменилось. Несколько дней тяжёлая артиллерия разбивала городские укрепления. В стене появился большой пролом, солдаты болели и голодали. Шернстроле собрал офицеров и предложил сдать Выборг на условиях аккорда — письменного соглашения, по которому гарнизон получал право уйти с оружием, семьями и имуществом. Обе стороны подписали договор.

После вступления русских войск Пётр Первый отказался отпустить весь гарнизон. Царь объявил, что удержит шведских солдат до возвращения русских офицеров, дипломатов и выборгских жителей, находившихся в Швеции. Раненых, больных и часть семей выпустили, а три тысячи восемьсот восемьдесят человек взяли в плен. Офицеров отправили в Новгород, рядовых использовали на строительстве укреплений Петербурга и острова Котлин. Шернстроле вместе с семьёй оказался в Пинске и вернулся в Швецию лишь после мира тысяча семьсот двадцать первого года. За две сданные крепости его не осудили: полковника произвели в генерал-майоры.

Складские корпуса вдоль нижнего двора, возле которых начиналось распоряжение Шернстроле о переносе боеприпасов, после осады пришлось восстанавливать. Нынешний вид они получили в восемнадцатом и девятнадцатом веках; того цейхгауза, куда попала русская бомба, в прежнем виде здесь нет. Над перестроенными складами остаётся гранитное основание башни с именем норвежского короля Олафа — первые шестнадцать метров укрепления, с которого начался замок.