Карлстор

Две боковые башни по краям широкого неоготического прохода сохраняют след западной городской заставы. В Средние века здесь останавливали въезжавших со стороны Нойхаузена, проверяли их и брали пошлину за проезд. Позднее воротам дали имя баварского правителя, а соседнюю площадь горожане всё равно называют Штахусом — в память о давно исчезнувшем трактире. Теперь по старой линии въезда идут с площади на пешеходную улицу.

В половине одиннадцатого вечера пятнадцатого сентября тысяча восемьсот пятьдесят седьмого года в доме, вплотную примыкавшем к Карлстору, взорвался порох. Дом принадлежал Оскару Розенленеру. Он зарабатывал торговлей железом и держал здесь склад, где вместе с прочими товарами хранился значительный запас пороха.

Дом разрушился. Погибли пятеро жильцов, по меньшей мере трое были ранены. Взрыв повредил и высокую центральную башню ворот. Король Максимилиан Второй разрешил её снести. Архитекторы предлагали заодно разобрать весь старый комплекс и построить парадный въезд заново, но городские распорядители сочли проекты слишком дорогими. Они оставили две боковые башни, а Арнольд Ценетти соединил их широким неоготическим пролётом.

Так в тысяча восемьсот шестьдесят первом — тысяча восемьсот шестьдесят втором годах определилась нынешняя форма Карлстора. Средневековые ядра сохранились в боковых башнях. Там, где прежде поднималась высокая центральная башня, теперь находится главный проход. От дома и склада Розенленера не осталось ничего.

Эти ворота поставили на западном выезде из Мюнхена ещё в Средние века. Здесь проверяли въезжавших и собирали пошлины; дорога вела к селению Нойхаузен, поэтому ворота назывались Нойхаузерскими. Теперь по той же линии люди проходят с площади на пешеходную Нойхаузер-штрассе.

Карловыми ворота стали по приказу Карла Теодора. Он был баварским курфюрстом — князем, имевшим голос при выборе императора. Карл Теодор унаследовал Баварию в тысяча семьсот семьдесят седьмом году и перевёз свой двор из Мангейма в незнакомый ему Мюнхен. Новый правитель рассчитывал обменять Баварию на Австрийские Нидерланды, земли примерно нынешней Бельгии, и получить там королевскую корону. Сделка сорвалась, но мюнхенцы запомнили, что их страну собирались отдать в обмен.

В июне тысяча семьсот девяносто второго года Карл Теодор велел заменить естественное название Нойхаузерских ворот собственным именем. Через пять лет он назвал Карлсплацем и новую площадь перед ними. В повседневной речи это имя не прижилось. На углу держал трактир Эустахиус Фёдерль, известный как Штахус, и площадь продолжали называть по его заведению — Штахусом.

Трактира Фёдерля давно нет. В названии ворот остался Карл Теодор, а на городских указателях и сегодня стоят рядом два названия площади: Карлсплац и Штахус.