Пекарня Сен‑Виатор

Узкая лавка на Сен-Виатор живёт как производство: за рабочим прилавком кольца теста сворачивают вручную, варят в подслащённой мёдом воде, посыпают кунжутом или маком и на деревянных досках отправляют в дровяную печь. Семья, которая теперь ведёт дело, открыла другие пекарни и кафе, а здесь сохранила ежедневную работу у огня. Деревянные доски у печи и свежие кольца на прилавке показывают, что старый адрес не превратился в декорацию.

В тысяча девятьсот шестьдесят втором году пятнадцатилетний Джузеппе Морена пришёл сюда за заработком. Он собирался стать бухгалтером. В пекарне ему сначала поручили носить дрова к печи, затем поставили делать бейглы в ночную смену.

Хозяином был Майер Левкович, польский еврей, переживший концлагерь Бухенвальд. Позднее он рассказывал школьникам, что там мечтал о куске хлеба. В тысяча девятьсот пятьдесят третьем году Левкович приехал в Монреаль и нанялся к пекарю Хайману Селигману, чтобы освоить ремесло. Через четыре года они открыли на этой улице собственную лавку.

Левкович называл нового работника Йоселем — это идишская форма имени Джо. Среди покупателей было много пожилых евреев, и итальянец Морена выучил идиш, пока принимал заказы и работал у печи. Так он осваивал вместе с языком и весь производственный порядок: разделить тесто, свернуть каждую полоску в кольцо, сварить в подслащённой мёдом воде, обвалять в кунжуте или маке и отправить на деревянной доске в дровяную печь.

Левкович несколько лет уговаривал Морену войти в дело, но тот держался за намерение стать бухгалтером. Решение пришло без торжественной сцены. Однажды вечером Джо захотел бейглов, сам приготовил дюжину и понял, что уходить из пекарни уже не хочет. В тысяча девятьсот семьдесят четвёртом году он стал совладельцем.

Майер Левкович умер в тысяча девятьсот девяносто четвёртом году. Морена вместе с давним участником команды Марко Сблано продолжил предприятие; позднее к ним присоединились трое сыновей Джо. Семья открыла другие пекарни и кафе, однако узкая лавка на Сен-Виатор осталась производством, а не памятным адресом основателя.

За прилавком по-прежнему вручную сворачивают кольца, варят их в медовой воде и выпекают на дровах. Дрова, которые пятнадцатилетний Джо когда-то носил к печи, здесь нужны до сих пор.