Виверос де Койоакан

Виверос по-испански значит «питомники»; аллеи для прогулок и бега проходят рядом с рабочими грядками. Высокие ряды деревьев вдоль дорожек сажали, чтобы ослабить ветер для молодых растений. За дорожками продолжаются посев, выращивание саженцев и приготовление компоста. Посадочный материал отсюда получают школы, учреждения и городские озеленительные программы.

Во время Мексиканской революции лучшие деревья отсюда потребовал Викториано Уэрта, занявший президентский пост после военного переворота. Он хотел пересадить их в своё ранчо в Аскапоцалько. Создатель питомника Мигель Анхель де Кеведо отказался их отдать. После угроз ему пришлось уехать в Европу. Он оставлял не казённый сад: землю и первые посадки Кеведо оплатил сам.

На жизнь он зарабатывал как инженер-строитель. Кеведо проектировал гидротехнические сооружения, фабрики и жилые дома, а часть заработанного вкладывал в деревья. Он видел, как вырубка лесов оборачивалась эрозией и паводками, и хотел наладить постоянное выращивание саженцев. В тысяча девятьсот первом году на принадлежавшем ему гектаре ранчо Пансакола он устроил частный лесной питомник.

Одного гектара для его замысла было мало. В тысяча девятьсот седьмом году Кеведо добился приезда министра финансов Хосе Ива Лимантура, от которого зависело государственное финансирование. В питомнике уже росли тысячи деревьев. Лимантур убедил президента Порфирио Диаса тоже приехать в Койоакан, и после этого правительство поддержало расширение посадок. Так частный опытный участок стал первым государственным лесным питомником Мексики и центром целой сети, производившей к началу революции около двух миллионов четырёхсот тысяч деревьев в год.

Именно поэтому требование Уэрты означало для Кеведо больше, чем потерю нескольких ценных экземпляров. Деревья, выращенные для улиц, обезлесенных склонов и пересохших озёрных земель, собирались превратить в украшение одного частного ранчо. Кеведо воспротивился, лишился возможности продолжать работу и несколько лет провёл в изгнании. В годы боёв лесные станции остались без прежнего руководства, многие посадки забросили.

После падения режима Уэрты Кеведо вернулся. В тысяча девятьсот двадцать третьем году он вместе с семьёй юридически передал свой участок федеральному правительству безвозмездно. Соседние земли постепенно выкупали у других владельцев; к тысяча девятьсот тридцать четвёртому году здесь собрали территорию примерно в тридцать девять гектаров. Позднее питомник открыли для прогулок, а в тысяча девятьсот тридцать восьмом году включили в национальный парк «Исторический Койоакан».

Название «Виверос» буквально означает «питомники». Высокие ряды деревьев вдоль аллей первоначально служили ветрозащитными полосами: они прикрывали молодые растения на грядках. За прогулочными и беговыми дорожками до сих пор остаются посевные участки, зоны выращивания и компостирования. Саженцы отсюда передают школам, учреждениям и городским проектам для озеленения агломерации Мехико. Лучшие деревья однажды пытались увезти в одно частное ранчо; молодые деревья по-прежнему уезжают отсюда по всему городу.