Площадь Терро

В шестнадцатом веке оборонительный ров засыпали, и на его месте появилась городская площадь. Её название Терро восходит к «терралии», земляному откосу у рва. Ров давно скрыт под каменными плитами у ратуши.

Двадцать девятого мая тысяча семьсот девяносто третьего года вооружённые отряды городских секций сошлись у ратуши на восточной стороне площади. Секциями назывались районные собрания горожан; каждое могло вывести на улицу свою часть Национальной гвардии. Их целью были захват ратуши и арест Жозефа-Мари Шалье.

Шалье возглавлял радикальных лионских якобинцев и добивался чрезвычайных мер против тех, кого считал врагами революции. В Лион он приехал ради шелковой торговли и прежде жил на доходы негоцианта — занятие вполне местное для города, зависевшего от производства и продажи тканей. Теперь, став судьёй и муниципальным деятелем, он опирался на ремесленников и городскую бедноту. Его сторонники требовали установить цену на хлеб, создать революционный трибунал и вооружить санкюлотов — жителей из низших городских сословий. В феврале муниципальный совет, где они преобладали, разрешил ночные обыски и аресты; перед чрезвычайным судом провели около трёхсот человек.

Противники Шалье тоже называли себя республиканцами. Роландисты, как именовали эту умеренную группировку, настаивали на законной процедуре и свободной торговле. После ночных арестов они рисковали оказаться в тюрьме по решению политических соперников. Двадцать девятого мая их отряды взяли ратушу. В боях погибло больше ста человек, Шалье и его ближайшие сторонники были арестованы.

Почти одновременно, второго июня, в Париже якобинцы-монтаньяры изгнали из Национального конвента умеренных депутатов. Лионцы устранили местных союзников именно той группировки, которая теперь распоряжалась столицей. Конвент потребовал подчинения, а двенадцатого июля объявил Лион мятежным городом.

Шалье всё равно предали суду. Тогда нынешняя площадь Терро официально называлась площадью Свободы. После двадцатидвухчасового заседания шестнадцатого июля судьи вынесли смертный приговор, и тем же вечером осуждённого вывели сюда, к гильотине. Эту первую лионскую машину для казней несколькими месяцами раньше распорядился установить сам Шалье — для устрашения противников. До него ею никого не обезглавили. При первой казни механизм не справился: лезвие застревало, и палачу пришлось закончить дело ножом.

Для парижских якобинцев Шалье стал мучеником революции. Республиканские войска окружили Лион, начали обстрел, и девятого октября город капитулировал. Присланные Конвентом комиссии казнили расстрелами и на гильотине больше тысячи шестисот человек. Лион лишили имени и назвали Освобождённой Коммуной.

Эшафота на площади больше нет. Ратуша по-прежнему замыкает её восточную сторону — то самое здание, которое брали отряды секций. Не удержалось и революционное название. Слово «Терро» вернулось из более глубокого прошлого: оно происходит от «терралия», земляного откоса у оборонительного рва. В шестнадцатом веке городские советники засыпали этот ров и устроили на его месте площадь. Теперь его линия скрыта под каменными плитами перед ратушей.