Гион-Сиракава

Гион-Сиракава входит в Гион Кобу, квартал Киото, где опытные гейко и начинающие майко выступают на частных вечерах. Закрытые приёмы проходили в отяя, домах с отдельными комнатами: хозяйки собирали знакомых гостей, устраивали ужин и приглашали исполнительниц. Рядом с узкой дорожкой течёт Сиракава, а каждую осень гейко и майко приносят сюда хризантемы.

Нынешняя дорожка вдоль Сиракавы проложена по месту исчезнувших комнат. Там, где стоит камень с надписью «Кани-какуни», до марта тысяча девятьсот сорок пятого года находилось отяя, заведение для закрытых банкетов, «Дайтомо».

Гион-Сиракава относится к Гион Кобу — кварталу, где работают гейко и их ученицы майко. Отяя предоставляло комнаты для закрытых банкетов: хозяйка знала постоянных гостей, заказывала еду и приглашала исполнительниц для танца, музыки и разговора. Хозяйка «Дайтомо», бывшая гейко Исода Така, зарабатывала устройством таких вечеров и собирала у себя писателей и художников. Благодаря ей дом стал литературным салоном.

В мае тысяча девятьсот десятого года сюда пришёл двадцатитрёхлетний поэт и драматург Ёсии Исаму. Он пытался жить литературой и привёз в Киото первые десять иен, заплаченные ему за написанную пьесу. Для человека, впервые получившего деньги за текст, поход в Гион был расходом из собственного заработка, а не семейного состояния.

В глубине «Дайтомо» у Таки была комната размером в три татами. Она выступала над Сиракавой, так что вода проходила прямо под полом. Гионская традиция связывает именно с этой комнатой строку Ёсии: «Так или иначе, Гион мне дорог; даже когда сплю, под подушкой течёт вода». Слова «кани-какуни» означают «так или иначе».

Летом Ёсии опубликовал стихотворение, а осенью включил его в свой первый сборник. Строка о воде под подушкой стала его самым узнаваемым текстом о Гионе. Первые заработанные литературой деньги вернулись к нему уже в виде репутации «гионского поэта»; много лет спустя он писал тексты для «Мияко-одори».

В марте тысяча девятьсот сорок пятого года власти приказали разобрать дома у Сиракавы ради противопожарного разрыва на случай авианалёта. Исода Така лишилась и жилища, и заведения, которым управляла десятилетиями. Она переселилась в храмовое помещение и умерла через два месяца. Вместе с «Дайтомо» исчезла комната над водой; на освобождённой полосе устроили нынешнюю дорогу.

Через десять лет писатель Дзюнъитиро Танидзаки и другие друзья Ёсии поставили камень к его семидесятилетию. Место выбрали точно: памятник занял участок «Дайтомо», а Ёсии получил его при жизни. Каждого восьмого ноября гейко и майко Гион Кобу приносят сюда хризантемы. Сиракава теперь течёт рядом с камнем; комнаты, в которой она проходила под подушкой, больше нет.