Топкапы и Гюльхане: государство у двери

Наружная стена отделяет парк Гюльхане от дворцового комплекса, который в ту пору чаще называли Новым дворцом. Сад лежал с внешней стороны его строгого внутреннего порядка и оставался частью той же территории. Позднее за всем комплексом закрепилось имя Топкапы, Пушечные ворота: его перенесли от деревянного дворца у берега, погибшего в пожаре. Само Гюльхане значит дом роз, хотя прежний павильон в саду давно исчез.

Третьего ноября тысяча восемьсот тридцать девятого года Мустафа Решид-паша, министр иностранных дел и главный автор готовившихся реформ, пришёл в дворцовый сад, почти не рассчитывая вернуться домой. Накануне вечером он сказал своему управляющему Салих-бею, что на следующий день окажется в большой опасности и почти не надеется остаться в живых.

Для османского сановника это не было красивой позой. Его должность, имущество и жизнь зависели от решения султана и придворных противников. Покровителя Решида, Пертев-пашу, двумя годами ранее казнили по приказу султана Махмуда Второго. Теперь Решид собирался публично прочитать документ, который обещал защищать подданных и чиновников от суда без правил, тайной расправы и конфискации имущества. Затем сам султан должен был поклясться соблюдать эти обещания.

Четыре месяца назад Махмуд Второй умер. Престол получил его шестнадцатилетний сын Абдюльмеджид, которому нужно было удержать государство после военной катастрофы. Османскую армию разбили у Низиба войска Мехмеда Али-паши, правителя Египта, добивавшегося наследственного владения Египтом, Сирией и Аданой. Командующий османским флотом, опасаясь придворной расправы, увёл корабли в Александрию и передал их Мехмеду Али. За одну неделю двор потерял прежнего султана, сражение и почти весь флот. Дорога к столице оказалась открыта, а помощь европейских держав стала вопросом сохранения престола.

Вернувшийся из Лондона и Парижа Решид предложил Абдюльмеджиду ответить не новым походом. Публичные гарантии должны были вернуть доверие подданных и показать европейским правительствам, что Стамбул способен менять свои законы. Молодой султан согласился.

Церемонию устроили у дворцовой стены, на площади Гюльхане. Это был внешний сад комплекса, который сегодня называется Топкапы, а тогда чаще именовался Новым дворцом. Нынешнее название означает «Пушечные ворота» и закрепилось позднее: его перенесли с прибрежного деревянного дворца у ворот с пушками, сгоревшего в тысяча восемьсот шестьдесят втором году. Гюльхане — «дом роз» — называли садовую часть дворцовой территории.

Место позволяло собрать перед дворцом министров, улемов, представителей городских цехов, иностранных послов и жителей Стамбула, оставив султана внутри дворцового порядка. Абдюльмеджид наблюдал из павильона Гюльхане, скрытый занавесью. Глава правительства Хюсрев-паша передал Решиду красную книгу с султанским текстом. Министр поднялся на помост под золотым навесом, дождался сигнала придворного астролога и начал читать.

Документ обещал охранять жизнь, честь и имущество всех подданных без исключения. Казнить человека разрешалось лишь после открытого суда. Налоги предполагалось собирать по установленным правилам, а военную службу ограничить определённым сроком. Отдельно запрещалась конфискация имущества, особенно важная для чиновников: прежде опальный сановник мог лишиться одновременно должности, состояния и головы.

Это ещё не была конституция, и обещания не превращались в готовые законы в минуту чтения. Но на следующий день Абдюльмеджид, министры и высшие сановники положили руки на Коран и поклялись не нарушать объявленные правила. Затем такие клятвы принесли чиновники в провинциях. Началась эпоха Танзимата — перестройки османских судов, налогов, армии и государственного управления. Уже в тысяча восемьсот сороковом году приняли уголовный кодекс, определявший наказания для чиновников, а через три года установили новые правила призыва. Многое исполнялось непоследовательно, однако султанское обещание уже было произнесено перед свидетелями и разослано по стране.

Ферман не был единственной причиной европейского вмешательства в спор с Мехмедом Али, но дал Решиду нужный дипломатический аргумент. В тысяча восемьсот сороковом году Британия, Россия, Австрия и Пруссия поддержали Стамбул. Египетские войска ушли из Сирии, а Мехмед Али получил наследственное управление Египтом, оставшимся формально частью империи. Решид пережил день, которого боялся, и позднее шесть раз занимал должность главы правительства.

Павильон Гюльхане, за занавесью которого Абдюльмеджид слушал чтение, султан Абдюльазиз приказал снести в тысяча восемьсот шестьдесят пятом году. На его месте ничего не сохранилось. Осталось название парка — то же слово, которым назвали прочитанный здесь ферман.