Дом шестьдесят семь

Дом шестьдесят семь стоит рядом с президентской резиденцией на сваях и хранит одну небольшую комнату. За большим столом здесь регулярно собирались партийные руководители, чтобы принимать решения военного времени. Теперь рядом со столом стоит больничная кровать, а часы у изголовья и настенный календарь оставлены на своих местах.

Весной тысяча девятьсот шестьдесят седьмого года американская авиация всё чаще бомбила Ханой. Политбюро — узкий круг партийных руководителей, принимавших главные решения военного времени, — распорядилось построить для президента Северного Вьетнама Хо Ши Мина защищённое помещение. Его разместили в тридцати метрах от деревянного дома на сваях, где жил президент, и соединили с находившимся рядом бомбоубежищем. Стены отлили из железобетона толщиной более шестидесяти сантиметров, перекрытие — более метра. Цифра в названии обозначает год строительства.

Защитить Хо Ши Мина старались ещё и от лестницы. Ему было семьдесят семь лет, здоровье слабело, а при каждой воздушной тревоге приходилось спускаться из дома на сваях и добираться до укрытия. Новое здание позволяло работать рядом с входом в бункер.

Но Хо Ши Мин отказался переселяться. По воспоминаниям его охранника, президент решил, что в бетонной комнате безопасно собирать руководителей, а одному ему следует оставаться в деревянном доме и переносить бомбёжки так же, как остальные жители. Этим решением личное убежище стало залом заседаний: примерно раз в неделю здесь собиралось Политбюро, а Хо Ши Мин занимал место за большим столом.

В августе тысяча девятьсот шестьдесят девятого года решение пришлось отменить врачам. У президента начались жар и сильный кашель; подниматься по лестнице он уже не мог. Семнадцатого августа его перенесли в Дом шестьдесят семь, а через несколько дней помещение оборудовали для лечения. У стола появилась кровать, рядом круглосуточно дежурили врачи и медсёстры военного госпиталя. Построенная для защиты от бомбы комната впервые стала постоянным жильём Хо Ши Мина — на последние две недели его жизни.

Утром второго сентября у него случился тяжёлый сердечный приступ. В девять часов пятнадцать минут сердце остановилось. Врачи и охранники по очереди делали массаж сердца, пока премьер-министр Фам Ван Донг, соратник президента, находившийся у кровати, не признал, что продолжать бесполезно. Было девять часов сорок семь минут.

Теперь в одной комнате остаются стол заседаний и больничная кровать. Маленькие часы у изголовья показывают девять часов сорок семь минут, а настенный календарь — второе сентября тысяча девятьсот шестьдесят девятого года.