Цитадельпарк

Изгибы дорожек повторяют рельеф бывших укреплений: на этой возвышенности между Шельдой и Леей стояла пятиугольная крепость площадью в сорок три гектара. После наполеоновских войн её строили как одно из звеньев цепи крепостей против возможного французского наступления, а потом использовали прежде всего как казарму для пехоты и артиллерии. Город выкупил землю, разобрал укрепления и устроил парк; с восточной стороны уцелели въездные ворота тысяча восемьсот двадцать шестого года. Казармы, плац и колодцы исчезли, но ворота и перепады земли остались от крепости.

Пятого октября тысяча восемьсот тридцатого года майор Гей ван Питтиус, военный инженер и создатель Гентской цитадели, предложил отправить самых ненадёжных солдат разгружать судно с соломой. Он рассчитывал, что, выйдя без оружия за ворота, они разбегутся. Наутро из двухсот сорока человек вернулись только лейтенант и несколько унтер-офицеров.

Цитадель строили для другой войны. После разгрома Наполеона герцог Веллингтон добивался создания цепи крепостей на случай нового французского наступления. Гей ван Питтиус выбрал возвышенность между Шельдой и Леей. Пятиугольное укрепление занимало сорок три гектара и считалось одним из самых современных в Европе. Оно и дало имя нынешнему Цитадельпарку.

Но к осени тысяча восемьсот тридцатого года южные провинции Нидерландского королевства восстали и объявили о создании Бельгии. Армейские части ещё оставались смешанными: офицер мог быть северонидерландцем, а большинство его солдат — уроженцами земель, которые уже считали себя бельгийскими. В недостроенную крепость отступили более двух с половиной тысяч военных. Полковник Дестомб, комендант цитадели, пытался удержать их на службе королю Виллему Первому.

Уловка с соломой уменьшила число мятежников, но через несколько часов около тысячи солдат двинулись к главным воротам. Дестомб велел выкатить на внутренний двор пушки. Когда артиллеристы зажгли запалы, толпа отступила в казармы. Ещё двести шестьдесят человек вывели наружу под видом второй рабочей команды; назад опять пришли лишь офицер и унтер-офицеры.

Оставшиеся портили колодцы, бросали в них известь и перерезали верёвки у вёдер. Офицерам приходилось набирать воду в крепостных рвах, рискуя попасть в засаду. Гарнизон жил на хлебе и плохом мясе; скот для продовольствия пасли прямо в сухих рвах. Затем бельгийские капитаны предупредили Дестомба: при штурме их солдаты откажутся стрелять по наступающим и повернут оружие против собственных командиров и артиллеристов.

К цитадели тем временем подошли бельгийские части и франко-бельгийские добровольцы. Семнадцатого октября Дестомб встретился на гласисе — открытом склоне перед укреплениями — с генералом Дювивье, командовавшим бельгийскими силами в городе и добивавшимся ухода нидерландского гарнизона. Дестомб согласился оставить крепость, но выговорил своим людям право забрать оружие, полковое знамя, четыре полевых орудия, обоз и военные архивы.

В ночь с восемнадцатого на девятнадцатое октября оставшиеся северонидерландские солдаты вышли из цитадели и через несколько дней добрались до Антверпена. Южные части ещё две недели несли здесь службу по условиям капитуляции; вскоре людей из бывшего гарнизона приняли уже в бельгийскую армию и свели в Гентский полк.

Бельгийские инженеры завершили крепость, однако военные использовали её главным образом как пехотную и артиллерийскую казарму. В тысяча восемьсот семидесятом году городской совет выкупил территорию, начал разбирать укрепления, а через пять лет устроил здесь парк. Для извилистых дорожек использовали прежние склоны и земляные сооружения. На восточной стороне сохранились въездные ворота тысяча восемьсот двадцать шестого года; стены, плац, казармы и колодцы, вокруг которых раскололся гарнизон, исчезли.