Склон Саксайуамана

Нынешнюю дорогу Дон Боско начали прокладывать в тысяча девятьсот двадцать седьмом году, когда на южном склоне строили здание салезианского училища. Это важно уточнить сразу: никаких доказательств, что инкские строители тащили глыбы к Саксайуаману по этой линии, нет. Древний путь мог проходить иначе. Однако любой маршрут к верхней площадке требовал от людей одного и того же — провести тяжёлый камень через крутые подъёмы и спуски.

В пятнадцатом веке Пачакути, правитель и перестройщик Куско, велел возвести на холме Дом Солнца. Хронист Педро де Сьеса де Леон пишет, что сооружение должно было превзойти Кориканчу, главный храм Солнца внизу, в городе. Для этого из назначенных провинций вызвали двадцать тысяч работников, а их общины обязали присылать продовольствие.

Сьеса дважды поднимался к Саксайуаману и расспрашивал людей, ещё помнивших устройство этой стройки. Четыре тысячи работников добывали камень. Шесть тысяч перевозили глыбы на больших канатах из кожи и прочного волокна агавы. Остальные вырубали основание в скале, копали траншеи и готовили дерево. Работали сменами: заболевшего отправляли домой, на его место прибывал другой. Каждая община жила отдельно в своём лагере возле стройки; Сьеса ещё видел стены этих поселений.

Последним главным мастером Гарсиласо де ла Вега называет Каллу Кунчуя. Этот человек руководил установкой камня и хотел, чтобы его имя сохранилось после завершения работ. По словам Гарсиласо, мастер дал своё имя огромной глыбе, предназначенной для одного из новых сооружений на вершине.

Дальше начинается предание, которое Гарсиласо, родившийся в Куско хронист, записал со слов инкских знатоков прошлого. Они рассказывали, что одну глыбу тянули больше двадцати тысяч человек. Половина держала передние канаты, другая половина тормозила камень сзади, чтобы тот не покатился вниз. На одном из склонов задние ряды потянули несогласованно. Люди впереди продолжали движение, а удерживавшие глыбу не смогли принять её вес. Камень сорвался.

Гарсиласо доводит число погибших до трёх или четырёх тысяч. Это число из устного предания, а не проверенный подсчёт. Сам склон он тоже не назвал, поэтому приписывать катастрофу именно этому повороту дороги было бы выдумкой. В рассказе достовернее всего звучит устройство тяги: одни люди двигали глыбу, другие всё время боролись с её обратным ходом, и судьба обеих групп зависела от одновременного усилия.

После гибели товарищей уцелевшие снова подняли камень и довели его до ровной площадки. В предназначенное сооружение его так и не поставили. Работники назвали глыбу Сайкуской — Уставшей. По преданию, отверстия в верхней части стали её глазами, а красноватые потёки — кровавыми слезами. Гарсиласо отделял этот образ от факта: воду окрашивала местная красная земля. Он объяснял и само имя — люди приписали камню то, что произошло с ними: они устали, они пролили кровь, они не довели работу до конца.

Сьеса видел огромный обработанный камень возле Саксайуамана уже через несколько десятилетий после завоевания. Он обошёл его и насчитал около двухсот семидесяти собственных пядей по окружности. Сейчас с Уставшим камнем обычно связывают Кольякончо у Чинканы-Гранде, севернее главных стен, хотя исследователи спорят: эта масса могла всегда быть выходом скалы.

Над современной дорогой стоят глыбы, которые строительные отряды довели до кладки. Сайкуска осталась вне стены, а имя Каллы Кунчуя — в рассказе о камне, предназначенном сохранить память мастера и сохранившем память о тех, кто держал задние канаты.