Магальянес, 889

Магальянес — испанская форма фамилии Фернана Магеллана, руководителя экспедиции, чей корабль первым завершил кругосветное плавание. Улица Гарибальди названа в честь Джузеппе Гарибальди, итальянского революционера, воевавшего в Южной Америке, а затем за объединение Италии. История самого перекрёстка сосредоточена в доме на Магальянес, восемьсот восемьдесят девять.

В этом доме приёмные родители Бенито Кинкелы Мартина держали угольную лавку. В тысяча девятьсот двадцать пятом году художник купил здание для семьи, а родители по его просьбе закрыли торговлю: теперь он мог содержать их своей живописью. Сам Кинкела до тысяча девятьсот сорок седьмого года спал в комнате при бывшей лавке. После продажи дома помещения начали сдавать под жильё и мастерские. Так здесь сложилось сообщество художников, благодаря которому Магальянес позднее стали называть улицей мастерских.

В одной из комнат наверху жил и писал Ремо Карлос Берардо. Кинкела посоветовал ему учиться рисунку; Берардо выставлял масляные картины и пастели, писал дворы Ла-Боки, дома у Риачуэло и натюрморты. Мастерская служила ему одновременно жильём, рабочим местом и выставочным залом.

В июле тысяча девятьсот семьдесят шестого года военная диктатура похитила его брата Амадо. Ремо искал его в полицейских участках, казармах, тюрьмах и моргах. Там он познакомился с другими семьями, которые тоже пытались узнать судьбу пропавших. Они готовили газетное объявление со списком имён, собирали подписи и деньги на публикацию. Часть встреч Ремо разрешил проводить по воскресеньям у себя, в мастерской на Магальянес.

В эту группу проник морской офицер Альфредо Астис. Он представлялся Густаво Ниньо — молодым человеком, который будто бы тоже разыскивал исчезнувшего брата, — и выяснял имена и места встреч. Восьмого декабря тысяча девятьсот семьдесят седьмого года семь вооружённых людей в штатском вошли в дом на Магальянес и вывели Ремо со связанными руками. Соседи видели, как его затолкнули в машину.

Берардо доставили в тайную тюрьму, устроенную на территории Школы механики военно-морского флота. Другие заключённые видели его там ещё около недели. Затем охрана увела его; дальше подтверждённых сведений нет. Ремо Берардо остаётся в списке пропавших без вести.

Его брат Хулио, оказавшийся во Франции, вместе с художниками и правозащитниками собрал около сорока уцелевших работ Ремо. С тысяча девятьсот восемьдесят первого года их показывали в городах Франции, затем в Амстердаме и Швеции, требуя сообщить судьбу автора.

Дом на Магальянес сохранился, мастерской Ремо в нём больше нет. У адреса укладывали памятную плитку, а на соседней Гарибальди его имя написано на стене среди имён других пропавших жителей Ла-Боки.