Розенхудкай

Канал тесно прижат к домам, а в нижних этажах на воду выходят витрины с кружевом и шоколадом. Этот короткий берег служил торговым местом задолго до нынешних магазинов: его звали Соляной дамбой, и здесь, вероятно, разгружали суда с солью. По соседству работали рыбный рынок и площадь кожевников, так что вода сводила в одном месте товары, торговцев и покупателей.

Розенхудом называли короткие молитвенные чётки: вместо трёх кругов полного розария верующий проходил по бусинам один. В последней четверти восемнадцатого века здесь стояли прилавки торговцев такими чётками. Они и дали набережной нынешнее имя — Розенхудкай.

За маленькой вещью на прилавке стояло дорогое ремесло. Брюггские мастера вытачивали бусины из балтийского янтаря, а позднее — из африканской слоновой кости. Чтобы стать мастером, ученик шесть лет осваивал работу, затем ещё двенадцать лет оставался подмастерьем. В тысяча четыреста двадцатом году в городском цехе числились семьдесят мастеров и больше трёхсот учеников: для сотен людей чётки были заработком.

Янтарь поступал с балтийского побережья, а его продажу контролировал Тевтонский орден. После военных расходов орден поднял цены. Брюггские мастера задолжали за сырьё, и поставщики прекратили отправлять его на запад. В тысяча четыреста пятьдесят четвёртом году подвоз снова оборвался. Одним мастерам пришлось самим ездить за янтарём на восток, другим — переходить на слоновую кость или покидать ремесло. Поэтому лежавшие здесь чётки были концом длинной цепочки, в которой потеря одной поставки могла перечеркнуть восемнадцать лет обучения.

Прилавки поставили именно у воды потому, что здесь уже шла торговля. Прежде набережную называли Зоутдейк — Соляной дамбой. Ещё в тысяча триста девяностом году упоминалось место, где, вероятно, разгружали суда с солью. Рядом находились Рыбный рынок, площадь кожевников и канал Пандрей: продавцу не требовалось искать покупателей в тихом переулке.

Торговцы чётками заняли старый товарный берег настолько прочно, что их товар вытеснил соль даже из адреса. Самих прилавков давно нет. Нижние этажи домов теперь отданы главным образом магазинам кружева и шоколада, а название сохраняет исчезнувший ряд продавцов молитвенных бусин.