Дворец торговца лошадьми

Три проёма ворот делят въезд на две узкие калитки и широкий ход для экипажей. За деревянным домом с большими окнами и шатровым эркером находился двор, где размещали лошадей и повозки. В доме ночевали приезжие, а часть помещений сдавали. Дом остаётся жилым, а деревянные створки ворот сохраняют прежний масштаб въезда.

В тысяча восемьсот девяносто третьем году татарский торговец лошадьми Ахмадулла Ахметович Москов купил здесь большую усадьбу вместе с родственником. Через полторы недели родственник уступил ему свою долю. Москову требовались дом, хозяйственный двор и выход к дороге: проданная лошадь приносила деньги, непроданную нужно было кормить и где-то держать.

Татарская улица подходила для такого дела. Она выводила к Московскому тракту, по которому в Томск входили обозы. В соседних дворах делали хомуты и колёса, держали упряжь, нанимали извозчиков. Москов постепенно разделил приобретённую землю между собой и родными, а для себя оставил участок, протянувшийся от Татарской до Источной улицы.

К тысяча девятьсот второму году на этом участке появился двухэтажный деревянный дом. Торговец заказал большие окна, шатровый эркер над крыльцом и резьбу, в которой исследователи находят мотивы восточных ковров. За нарядным фасадом находилось хозяйство, рассчитанное на доход. Часть помещений Москов сдавал, в усадьбе действовал постоялый двор: приезжие ночевали в доме, а лошадей и экипажи размещали во дворе. В тысяча девятьсот одиннадцатом году хозяин просил разрешения построить ещё и двухэтажные хозяйственные службы. Через пять лет городская управа оценила усадьбу с домом, флигелем, навесом и дворовыми постройками в четырнадцать с половиной тысяч рублей.

После тысяча девятьсот двадцатого года усадьбу национализировали и разделили на две части. Москов лишился торгового двора, но из этого адреса сразу не исчез. В документе тысяча девятьсот двадцать третьего года он всё ещё записан по Татарской, сорок четыре — так прежде нумеровался нынешний дом сорок шесть. Только прежней купеческой роли рядом с именем уже нет: Москов указан как неработающий бывший служащий «Сибугля».

Сейчас дом остаётся жилым. От устройства купеческого двора сохранились трёхпролётные ворота с первоначальными деревянными полотнами: две узкие калитки для людей и широкий средний проезд, через который к дому Москова заводили лошадей и вкатывали экипажи.