Дом писателей

Фасад с парадным входом принадлежит особняку, который Давид Сараджишвили заказал к двадцатипятилетию брака с Екатериной Поракишвили. Его возвели между тысяча девятьсот третьим и тысяча девятьсот пятым годами для семьи, но комнаты быстро стали собирать писателей, художников и гостей: здесь читали новые тексты и обсуждали их за общим столом. После смерти владельца дом достался Екатерине, а затем родственники выставили его на продажу из-за денежных затруднений. Окна второго этажа и сейчас принадлежат дому, где вместе с литературной жизнью работают мемориальный музей и музей репрессированных писателей.

Двадцать восьмого февраля тысяча девятьсот двадцать первого года, через три дня после вступления Красной армии в Тифлис, поэт и организатор литературной жизни Паоло Яшвили добился передачи этого особняка грузинским писателям и художникам. Решение принял ревком — временный советский орган управления. Прежний хозяин, промышленник Акакий Хоштария, был вынужден уехать из страны, и его дом могли занять любые новые учреждения.

Литераторов здесь принимали задолго до Яшвили. Особняк построил в тысяча девятьсот третьем — тысяча девятьсот пятом годах Давид Сараджишвили, основатель грузинского коньячного производства. Он заказал дом к двадцатипятилетию брака с Екатериной Поракишвили. Супруги устраивали здесь литературные вечера и выставки; писатели читали новые произведения, гости обсуждали их за общим столом. Имя Давида осталось у особняка именно потому, что он построил его для своей семьи и первым превратил частные комнаты в место публичной культурной жизни.

После смерти Сараджишвили дом унаследовала Екатерина. Позже родственники выставили особняк на торги из-за финансовых затруднений. В тысяча девятьсот восемнадцатом году Хоштария купил его по просьбе грузинской общественности. Через три года Яшвили помог сохранить за этим адресом прежнее занятие, хотя хозяин и государственный строй уже сменились. Дом назвали Дворцом искусств, а с тысяча девятьсот двадцать третьего года здесь разместился Союз писателей — профессиональная организация, от которой зависели публикации и само право оставаться в официальной литературе.

Летом тысяча девятьсот тридцать седьмого года чиновники собирали литераторов в этих комнатах и требовали от них обвинять коллег в шпионаже и контрреволюции. Защитивший друга рисковал сам оказаться под арестом. Яшвили жил литературой: писал стихи, переводил и выпускал журналы. Ещё годом ранее его принимали в Кремле и наградили орденом, а теперь ему припоминали дружбу с уже арестованными людьми и добивались показаний против других писателей.

Двадцать второго июля Яшвили пришёл сюда с собственным охотничьим ружьём. Пока руководство Союза заседало внизу, он поднялся на второй этаж и застрелился. Его поступок не остановил обвинений. Через шесть дней члены Союза снова собрались в этом доме, объявили самоубийство провокацией и назвали погибшего предателем. Из друзей-писателей на похороны решился прийти только поэт Колау Надирадзе. Близкого друга Яшвили, поэта Тициана Табидзе, вскоре арестовали и расстреляли.

Сейчас здесь снова проводят литературные встречи и выставки. В доме действуют мемориальный музей Давида Сараджишвили и Музей репрессированных писателей. Одна из музейных экспозиций посвящена Паоло Яшвили — человеку, который помог передать этот особняк писателям, а шестнадцать лет спустя погиб внутри созданного ими учреждения.