Феодоровский Государев собор

Феодоровский собор часто считают памятником трёхсотлетию династии Романовых. Сохранившееся заявление строительного комитета прямо опровергает эту версию. Храм создавали для людей, которые жили и служили рядом: императорской семьи и двух частей её личной охраны.

Сводный пехотный полк набирали из отборных солдат гвардейских и армейских частей. Собственный конвой составляли казаки, сопровождавшие и охранявшие императора. Обе части квартировали возле Александровского дворца, но своей полковой церкви у них не было. Военные добивались её устройства, а Николаю Второму и Александре Фёдоровне требовался храм возле дома, где появление царской семьи не превращало службу в зрелище для случайной толпы.

По желанию императрицы офицер Дмитрий Ломан сначала приспособил под церковь помещение учебной команды. В феврале тысяча девятьсот девятого года там прошла первая служба. Это был временный выход: походный иконостас стоял внутри казённого здания, а солдатам предстояло возвращаться туда после караулов и занятий.

В марте того же года император Николай Второй выбрал место для постоянного храма. Ломан, вскоре ставший ктитором — распорядителем соборного хозяйства, — вспоминал, как император вышел из дворца и в глубоком снегу указал участок между дорогами и офицерским собранием. Собор оказался между Александровским дворцом и казармами именно потому, что должен был служить обоим концам этой короткой дороги: тем, кого охраняли, и тем, кто нёс охрану.

Феодоровским его назвали по Феодоровской иконе Божией Матери, а не по человеку, связанному со строительством. Происхождение имени самой иконы объясняют по-разному: его связывают либо с храмом святого воина Феодора Стратилата, куда когда-то перенесли образ, либо с крестильным именем князя Ярослава Всеволодовича — Феодор. Для Романовых важнее была другая связь. По церковному преданию, в тысяча шестьсот тринадцатом году перед этой иконой мать шестнадцатилетнего Михаила Романова благословила сына принять царский престол. Для нового собора заказали в Костроме почитаемую копию древнего образа; его изображение и сейчас находится над западным входом.

В тысяча девятьсот четырнадцатом году храм официально получил слово «Государев». Оно описывало вполне буквальный порядок: собор принадлежал императорской чете, расписание служб представляли Николаю Второму на утверждение, а дворцовый комендант решал, кого впускать. Во время присутствия царской семьи посторонним выдавали именные или разовые билеты. После приезда императора двери закрывали до его отъезда.

Даже внутри люди не смешивались. Солдаты Сводного полка стояли слева, казаки конвоя — справа, свита занимала отдельное место, а Николай с семьёй входил через собственное крыльцо к правому клиросу. Нижним чинам предписывали опускаться на колени, когда становился на колени император. После службы казаки не подходили к кресту вместе с остальными: им следовало быстрее выйти и построиться для охраны отъезда.

Этот распорядок до сих пор различим снаружи. На юге сохранился вход офицеров и конвоя с мозаикой Георгия Победоносца. В юго-восточном углу стоит царское крыльцо под синим шатром и золочёным орлом. Северный вход, которым летом пользовались прихожане и нижние чины, теперь стал главным. Собор снова действует как приходской храм, и билета дворцового коменданта для этого входа больше не требуется.