Руа-де-Санта-Катарина и Кафе Мажестик

Мраморная облицовка на Руа-де-Санта-Катарина ведёт в зал, где зеркальные стены отражают свет настенных бра, а под потолком остались лепные лица и цветы. В двадцатые годы портуские торговцы сняли здесь помещение под кафе с пивной: по этой улице состоятельные горожане ходили за покупками и на прогулку. Под именем «Мажестик» за этими столиками собирались писатели, художники и преподаватели Школы изящных искусств; разговор о книгах, картинах и городских делах входил в обычный ритм заведения.

В начале восьмидесятых годов за мраморным фасадом стояли рваные диваны, а лепной потолок потемнел от табачного дыма. Кафе приносило убытки, помещение собирались превратить в банковское отделение. Покупателей на изношенный зал почти не находилось.

О возможном закрытии узнал Агустинью Феррейра Барриаш — ресторатор, который зарабатывал кафе и уже владел несколькими заведениями Порту. Для него это была покупка по профессии, но с плохими исходными данными: долгая история не приносила денег, а восстановление требовало больших вложений. Барриаш считал замену исторического кафе банком потерей для города и в тысяча девятьсот восемьдесят третьем году приобрёл «Мажестик».

Здесь было что сохранять. В декабре тысяча девятьсот двадцать первого года группа портуских торговцев зарегистрировала компанию «Кафе Элите» и арендовала первый этаж дома на Руа-де-Санта-Катарина под кафе и пивную. Эту улицу выбрали из-за её публики: состоятельные горожане приходили сюда за покупками и прогулкой. Когда заведение открылось в декабре следующего года, на фасаде уже стояло имя «Мажестик». Оно должно было напоминать о парижской светской жизни. Внутри посетители получали подходящую для этого имени сцену — зеркала во всю стену, металлические светильники, лепные лица и цветы под потолком. За столиками встречались писатели, художники и преподаватели городской Школы изящных искусств; обсуждение книг, картин и городских дел было частью обычного назначения кафе.

К шестидесятым годам посетителей стало меньше, а отделку годами не приводили в порядок. В тысяча девятьсот восемьдесят третьем году здание признали объектом общественного интереса, однако одного охранного статуса для возвращения кафе было недостаточно. Барриаш продолжал держать его открытым и готовил полное восстановление. Лишь в тысяча девятьсот девяносто втором году он закрыл зал на работы.

Реставраторы сохранили зеркала, металлические бра и лепнину двадцатых годов. Мягкую мебель пришлось вымачивать около месяца, чтобы вывести накопившийся никотин; пол заменили, остальные предметы восстановили и вернули на места. В июле тысяча девятьсот девяносто четвёртого года Барриаш снова открыл кафе. Убыточное приобретение стало главным заведением его семейной компании и вошло в международные маршруты по Порту.

Банковского зала по этому адресу так и не появилось. Под вывеской «Мажестик» по-прежнему подают кофе, а над столиками остаются зеркала, бра и лепные фигуры, которые семья Барриаш выкупила вместе с разорявшимся заведением и затем восстановила.