Церковь Сен‑Низье

Две неодинаковые башни собирают фасад церкви: кирпичная северная поднимается рядом с каменной южной. Под её сводами сходились не только прихожане — торговцы и ремесленники с полуострова обсуждали городские дела, а советники собирались в боковой часовне или занимали весь неф, когда людей становилось слишком много. Пока у Лиона не было ратуши на площади Терро, здесь решали вопросы стражи, сборов и управления торговыми улицами. В тысяча четыреста тридцать четвёртом году консулы оплатили северную башню и устроили в ней городскую колокольню.

Над порталом стоит фигура святого Низье — лионского епископа шестого века. После его смерти в пятьсот семьдесят третьем году духовенство похоронило его в базилике Святых Апостолов, стоявшей на этом месте. Племянник епископа, историк Григорий Турский, писал о чудесах у гробницы. Паломники уносили с неё пыль, воск и нити погребального покрывала. Из-за этого почитания лионцы стали называть базилику именем погребённого здесь епископа. Древнего здания уже нет, а могилы и останки Низье разграбили во время религиозных войн в тысяча пятьсот шестьдесят втором году. От той истории остались имя церкви, крипта под хором и статуя над входом.

Через семь столетий под церковными сводами стала собираться другая группа — торговцы и мастера ремёсел с Прескиля. Они жили продажей тканей, кожевенных изделий, продовольствия и привозных товаров. Архиепископ оставался сеньором Лиона: ему принадлежали судебные и другие феодальные права над горожанами. Купцы добивались возможности выбирать собственных советников, собирать городские налоги, выставлять ночную стражу и распоряжаться ключами от ворот.

За несколько десятилетий спор успел перейти в вооружённые столкновения. Выступление тысяча двести шестьдесят девятого года не принесло горожанам самостоятельного управления, и они стали искать поддержку у французского короля Филиппа Красивого. Двадцать восьмого сентября тысяча двести девяносто второго года городские советники и знатные жители собрались именно в Сен-Низье. Здесь они утвердили действия своих представителей, признавших королевское покровительство, хотя архиепископ и соборный капитул Сен-Жана это оспаривали. Для людей, чьи деньги лежали в лавках, товарах и долговых расписках, спор определял, кто будет их судить, облагать сборами и охранять торговые улицы.

Королевское покровительство не сделало Лион свободной коммуной: город вошёл во французское королевство. Но двадцать первого июня тысяча триста двадцатого года архиепископ Пьер Савойский выдал горожанам хартию. Она закрепила совет из двенадцати консулов — так назывались выборные руководители городских дел. Шестерых брали со стороны Фурвьера, шестерых со стороны Сен-Низье; половину состава ежегодно переизбирали мастера ремёсел. Консулы получили те самые права, за которые их предшественники спорили: налоги, стражу, оружие, городские ворота и собственный архив. Руководство осталось в руках состоятельных торговых семей, а не всех жителей.

До появления ратуши на площади Терро важные городские собрания продолжали проводить в Сен-Низье. Советники заседали в боковой часовне, а когда людей набиралось слишком много, занимали неф. В тысяча четыреста тридцать четвёртом году консулы выделили городские деньги на нынешнюю северную башню и превратили её в городскую колокольню. Кирпичный северный шпиль над фасадом старше каменного южного: его оплатил тот самый выборный совет, который когда-то собирался под церковными сводами.