Мемориал Туна Абдул Разака

Шри Таман совмещал правительственный дом с обычным семейным бытом. На нижнем этаже принимали официальных гостей и устраивали большие обеды, а наверху оставались спальни пятерых сыновей. Кабинет хозяина соседствует здесь с домашними комнатами, а архивисты вернули в них прежнюю обстановку и семейные вещи. Так парадная резиденция сохранила устройство дома, где государственная работа не отделялась стеной от жизни семьи.

Вечером четырнадцатого января тысяча девятьсот семьдесят шестого года девятилетний Мохамед Назир стоял в спальне старшего брата Наджиба в этом доме. Наджиб принял второй телефонный звонок из Лондона. После первого младшему сказали, что отец хочет видеть сыновей и нужно собираться в дорогу. Теперь Назир увидел лицо брата и понял: лететь уже не к живому отцу.

Их отцом был Абдул Разак Хусейн, второй премьер-министр Малайзии. Тун — малайзийский почётный титул, а не часть имени. С тысяча девятьсот шестьдесят второго года Разак с женой Рахой и пятью сыновьями жил здесь, в официальной резиденции Шри-Таман. Внизу устраивали государственные обеды, принимали гостей и обсуждали дела страны; верхний этаж оставался семейным.

В тысяча девятьсот шестьдесят девятом году врачи обнаружили у Разака лейкемию и предупредили, что ему осталось около двух лет. Он прожил больше пяти. Всё это время Разак продолжал работать — сначала заместителем главы правительства, затем премьер-министром — и скрывал диагноз даже от жены и сыновей. Когда на руках появились пятна, он объяснял их загаром после игры в гольф. Одежда висела на нём всё свободнее, но семья не знала причины.

В конце тысяча девятьсот семьдесят пятого года Разак объявил, что едет отдыхать в Париж. Через несколько дней врачи отправили его на лечение в Лондон. Он собирался вернуться лишь тогда, когда снова будет выглядеть здоровым. Перед отъездом Разак попрощался здесь с Назиром; мальчик не понял, что видит отца в последний раз.

Пока мать и старшие братья дежурили возле больного в Лондоне, Назир оставался в огромной резиденции, по-прежнему не зная, что происходит. Утром четырнадцатого января брат позвонил из клиники и велел срочно привезти младших в Лондон. Вернувшись в палату после разговора, он обнаружил, что отец умер. Вторым звонком эта новость дошла до Шри-Таман. В тот же вечер сюда стали приезжать родственники и друзья.

На следующий день тело Разака доставили из Лондона. Гроб оставили на ночь в его резиденции, а затем перенесли в парламент. После прощания Абдул Разака похоронили в мавзолее героев у Национальной мечети. Дом, где его сыновья узнали о смерти отца, ещё раз принял хозяина перед погребением.

Шестого мая тысяча девятьсот восемьдесят второго года премьер-министр Махатхир Мохамад открыл здесь мемориал второго главы правительства и руководителя программ развития малайзийских деревень — за эту работу Разака называли Отцом развития. Позднее сотрудники Национального архива расставили мебель и личные вещи так, как они находились при семье. За музейными комнатами сохранился Шри-Таман: кабинет государственного деятеля, спальни его сыновей и дом, в котором гроб Абдул Разака провёл последнюю ночь перед национальным прощанием.