Господар‑Евремова

У дома номер одиннадцать на Господар-Евремовой стоит Байракли-мечеть — действующая мечеть с куполом и минаретом. Её название означает «мечеть с флагом». На рубеже восемнадцатого и девятнадцатого веков флаг здесь служил городским сигналом.

При главной мечети работал мувекит — человек, отвечавший за календарь и точное время. Он определял священные дни, следил за часовым механизмом и рассчитывал начало молитвы. В назначенный момент мувекит поднимал байрак на минарете. Служители других белградских мечетей видели его и начинали молитву одновременно. От этой работы закрепилось имя Байракли. Улицу, которая теперь называется Господар-Евремовой, прежде знали как Байрак-сокак — улицу Флага.

После ухода османского гарнизона из Белграда в тысяча восемьсот шестьдесят седьмом году мусульманская община резко сократилась. Через год князь Михаило Обренович, правитель Сербии, распорядился оставить для живших в городе и приезжавших по делам мусульман действующую молельню. Министру просвещения и церковных дел поручили выбрать одну из сохранившихся мечетей и привести её в порядок.

Чиновники выбрали Байракли. Они отремонтировали здание и соседний дом для служителя, назначили имама и муэдзина — человека, призывающего верующих на молитву. Имаму полагалось двести сорок талеров в год, муэдзину — сто двадцать. Так решение князя получило вполне вещественное продолжение: у общины появились помещение, служители и деньги на их содержание. Из десятков белградских мечетей именно Байракли осталась действующей.

Нынешнее имя улицы связано с другой ветвью той же семьи. В тысяча восемьсот семьдесят втором году городские чиновники назвали её Евремовой в честь Еврема Обреновича — дяди князя Михаила и управляющего Белградом с тысяча восемьсот тридцать первого по тысяча восемьсот сорок второй год. «Господар» — старинное почётное именование высокого сановника. Это было памятное название: белградский дом Еврема находился у Теразие, а не здесь.

У дома номер одиннадцать сохранилась круговая площадка минарета, откуда поднимали байрак. На уличной табличке осталось имя Еврема, а за стеной продолжает служить мечеть, которую его племянник велел открыть для верующих.