Пляжи и Олимпийский порт

Портовую чашу между пляжами построили в тысяча девятьсот девяностом году специально для олимпийских соревнований по парусному спорту. Организаторы разместили гавань напротив Олимпийской деревни: спортсмены жили на берегу, выводили лодки через новый порт и стартовали уже в открытом море. Поэтому слово «Олимпийский» здесь обозначает прежнюю работу причалов и молов, а не почётную приставку.

На воду вышли семнадцать женских экипажей класса «четыреста семьдесят» — двухместных лодок длиной четыре метра семьдесят сантиметров. У испанок Тересы Сабель и Патрисии Герры роли были разделены жёстко. Сабель держала руль и выбирала курс. Герра управляла парусами и своим весом удерживала лодку в нужном положении.

Для Сабель эта Олимпиада могла стать последней попыткой. Перед Играми в Сеуле тренеры не включили её в сборную, и она едва не бросила парусный спорт. Сабель провела год вдали от соревнований, затем вернулась и объединилась с Геррой, которая в Сеуле заняла десятое место. К Барселоне они подошли чемпионками мира и Европы. От них ждали золота именно здесь, в домашней гавани.

В первой гонке судьи признали, что восемь экипажей пересекли стартовую линию раньше сигнала. Среди дисквалифицированных оказались испанки и все команды, которые позднее займут призовые места. Система позволяла вычеркнуть худший результат из семи гонок, поэтому Сабель и Герра ещё могли спастись, но права на вторую крупную ошибку у них уже не оставалось.

В следующих заездах они пришли вторыми и третьими, выиграли четвёртую гонку, заняли четвёртое место в пятой и снова победили в шестой. Перед последним стартом испанки вышли в лидеры. В седьмой гонке они финишировали лишь седьмыми, но накопленных очков хватило для золота. Герра через год получила серебро чемпионата мира. Сабель продолжила выступать и в тысяча девятьсот девяносто шестом году выиграла второе олимпийское золото уже с другой напарницей.

Портовая чаша, из которой выходили их лодки, сохранилась. Сейчас внутри стоят прогулочные и спортивные суда, действует муниципальный центр парусного спорта, а молы по-прежнему отделяют гавань от открытого моря.

У западного мола начинается пляж Соморростро. Его название относится к району, которого на берегу больше нет. С конца девятнадцатого века между фабриками, железной дорогой и морем стояли самодельные дома рыбаков, портовых работников и семей, приехавших в Барселону на заработки. В них не было водопровода, электричества и канализации.

В июне тысяча девятьсот шестьдесят шестого года городские чиновники спешно снесли последние шестьсот домов перед военно-морскими учениями, на которых должен был присутствовать Франсиско Франко. Около трёх тысяч жителей вывезли в временные бараки у Бесоса; затем одних переселили в строившийся район Сан-Рок, других — в Ла-Пау и соседние поселения из таких же бараков.

От улиц Соморростро ничего не сохранилось. В две тысячи одиннадцатом году его имя вернули этому участку пляжа, а между больницей дель-Мар и Олимпийским портом установили памятную плиту. Песок, причалы и прогулочная набережная занимают берег, на котором ещё в тысяча девятьсот шестьдесят шестом году жили три тысячи человек.