Башня Сююмбике

Сююмбике с этой башни не прыгала. По городскому преданию, московский царь Иван Четвёртый потребовал, чтобы казанская правительница стала его женой. Она согласилась при условии, что за семь дней для неё построят семиярусную башню, а затем поднялась наверх и бросилась вниз. Это предание. Сююмбике увезли из Казани живой в тысяча пятьсот пятьдесят первом году, за год до взятия города. Нынешнюю кирпичную башню большинство исследователей датирует концом семнадцатого — началом восемнадцатого века.

Сююмбике действительно жила рядом. За нынешней аркой находился ханский двор, а под башней археологи обнаружили остатки более раннего проездного сооружения. Когда в тысяча пятьсот сорок девятом году умер её муж, казанский хан Сафа-Гирей, престол перешёл к их малолетнему сыну Утямыш-Гирею. Сююмбике стала регентшей: управляла ханством от имени ребёнка и добивалась, чтобы он сохранил престол. Её положение держалось на праве сына наследовать отцу и на вооружённой поддержке сторонников покойного хана. Собственного права занять ханский трон у неё не было.

После нескольких московских походов и появления крепости в Свияжске правительство Сююмбике оказалось в изоляции. Часть казанской знати решила договориться с Москвой и вернуть на престол Шах-Али — касимовского правителя, который уже правил Казанью и хотел получить её снова. Сююмбике попыталась бежать вместе с сыном к своему отцу, правителю Ногайской Орды, но её схватили. Новое казанское правительство выдало мать и ребёнка Ивану Четвёртому; одиннадцатого августа тысяча пятьсот пятьдесят первого года их отправили в Москву. Сторонников Сююмбике казнили.

Мать разлучили с сыном. Утямыша крестили под именем Александр; он умер в Москве двадцатилетним. Сююмбике принудительно выдали за Шах-Али и увезли в Касимов. Её отец Юсуф писал Ивану Четвёртому, пытаясь вернуть дочь и внука, но получил отказ. Достоверных сведений о последних годах Сююмбике почти не осталось.

Башню над воротами построили позднее для другой резиденции. Через нижнюю арку въезжали во двор обер-коменданта — начальника кремлёвского гарнизона, а с верхней площадки дозорные следили за подступами к городу со стороны Волги. На старых планах сооружение так и называли: проездная башня обер-комендантского дома со шпицем.

В тысяча восемьсот тридцать втором году авторы казанского журнала напечатали романтическое название «Сумбекина башня». Историю о гибели правительницы повторили составители путеводителей, и новое имя вытеснило служебное. В обычные дни башня теперь не используется. Во время поминальной молитвы по погибшим при взятии Казани с неё читают азан — мусульманский призыв к молитве. Красная дозорная башня появилась после Сююмбике; её имя осталось над воротами ханского двора, где она правила от имени сына.