Кодай-кёрёнд

Проспект Андраши проходит через круг, разделённый на четыре сада и обстроенный вогнутыми фасадами. В тысяча восемьсот семидесятых годах устроители проспекта наметили здесь границу двух типов города. Со стороны Октагона тянулись доходные дома, поставленные почти вплотную. Дальше к городскому парку здания становились ниже, перед ними появлялись палисадники, а затем начинались виллы. Место назвали Кёрёнд — Круг.

Фамилию Кодая к старому названию добавили в тысяча девятьсот семьдесят первом году. Золтан Кодай, композитор, исследователь народных песен и профессор Музыкальной академии, прожил в доме номер один с октября тысяча девятьсот двадцать четвёртого года до смерти в марте тысяча девятьсот шестьдесят седьмого. Четыре комнаты в нижнем этаже служили ему квартирой, кабинетом и местом, куда приходили ученики и музыканты.

В тысяча девятьсот пятьдесят первом году в эту квартиру Кодай вызвал своего молодого ученика Тамаша Вашари. Родителей юноши выслали из Будапешта как политически неблагонадёжных: его отец прежде состоял в партии мелких сельских хозяев. Высылка грозила и самому Вашари. Он мог лишиться учёбы, жилья и средств к существованию.

Кодай добивался, чтобы талантливого пианиста оставили в столице. Вместе с директором Музыкальной академии он сумел освободить ученика от высылки. Но разрешение остаться ещё не давало денег на еду и не возвращало семьи. В квартире на Кёрёнде Кодай усадил Вашари за экзаменационные задания. Когда тот закончил, профессор передал ему пачку сторублёвых купюр и посоветовал с этого дня вести дневник: жизнь, по его словам, предстояла интересная. Затем он помог ученику продолжить занятия и получить работу в организации, устраивавшей концерты.

Через два года Вашари окончил академию. Он стал пианистом и дирижёром, выступал в крупнейших концертных залах Европы и Америки и называл Кодая своим вторым отцом. Его дневник, начатый после того разговора, превратился в многолетнюю запись жизни музыканта.

После смерти Кодая его вторая жена Шаролта Печели сохранила квартиру вместе с мебелью, библиотекой и двумя роялями, а затем передала её под музей. Он открылся в тысяча девятьсот девяностом году. У входа теперь висит барельеф Кодая; за этой стеной остались комнаты, где молодой пианист получил деньги, работу и возможность не бросить музыку.